Ребенок-драчун: кто виноват и что делать


    Если ребенок дерется очень часто, это тревожный сигнал. Возможно, это проявление какой-то скрытой проблемы в семье, во внутреннем мире малыша, в его взаимоотношениях с другими детьми и взрослыми. Их надо выявлять и решать.

Почему дети дерутся?  Что делать родителям, если ребенок - драчун? Как научить детей отстаивать интересы разными методами, а не только кулаками. И еще очень важный вопрос: почему так сложилось? Почему малыш бывает столь агрессивен?  

Почему ребенок дерется?
Причин драчливости много. Начнем с того, что агрессия есть у всех, и нам всем нужно учиться и учить проявлять ее допустимыми методами. Мало того, иногда важно уметь отстоять свою правоту физически. Так бывает. Но крайне важно помочь ребенку превратить драку в один из многих способов решения проблем. 

Агрессию нам нужно не запрещать, не отрицать право не на нее, а признавать ее наличие и учить ее выражать. Это очень важно сразу осознать.  Да, у каждого из наших ангелочков есть право на агресси. Точнее, у них она просто есть.

Причины частых драк 

  • Ребенок может драться из-за отсутствия опыта: не знает, как по другому освобождаться от боли, обиды, напряжения.
  • Драчун  может иметь слишком много энергии, которую ему не дают выпускать в школе, дома и на дополнительных занятиях, и она ищет выход самым простым путем - дать тумака кому-то и получить ответный тумак.
  • Ребенок может просто жить под давлением запретов и строгих правил, выполнять которые не в состоянии даже по возрастным нормам. Иногда такие дети ведут себя дома как паиньки, а в саду или школе - как сорванцы и драчуны. Иногда бывает наоборот: на людях - идеал, дома - агрессор. И то, и другое - плохо. Ведь изображая из себя что-то, чем он не является, малыш тратит много энергии, и тогда у него не хватает сил на нормальное развитие. Но все же хуже,  если малыш не может выпусть пар дома. Это, вообще, очень серьезный сигнал для родителей: с вами ему небезопасно, он  боится быть настоящим, а значит, от мамы и папы нет базового принятия.  

Depositphotos_112658172_m-2015.jpg

Как помочь ребенку-драчуну?

  • Телесная терапия - важный способ снимать внутреннее напряжение, которое то и дело вырывается на поверхность в виде агрессивных вспышек, драк или истерик. Какие бы ни были проявления агрессии, мы должны понимать, что ребенку всегда нужен  телесный контакт:  от массажа и поглаживания по спинке, до шуточных драк подушками. Любые игры, предполагающие обнимашки или борьбу (особенно для мальчиков) для деток-драчунов важны и нужны. 
  • Мальчикам важно еще и проявлять свою силу, бодаться со старшим мужчиной:  драка с папой, борьба сумо с братом, бокс с дедушкой - действительно необходимы. 
  • Девочкам тоже можно чуть подраться. Но все же, пусть это будут крепкие обнимашки (иногда до хруста костей),  прохлопывание контуров тела (от головы до пяток) ладошками... Это поможет чувствовать границы тела и неагрессивно сбрасывать напряжение и энергию.
  • Очень хорошо  позволять ребенку бить по подушке, которую держит мама или папа. Давайте признаем, что дети могут на нас злиться. Да, на нас - любящих, желающих добра, вкладывающих душу. Они могут  злиться и капсулировать в себе эту злость. Согласитесь, запреты, правила, наши требования и правильный взгляд на жизнь при всей важности для воспитательного процесса,  совершенно необязательно должны нравиться ребенку, приниматься им  с радостью и легкостью. Они могут вызывать ряд негативных эмоций. И эти эмоции нужно проявлять. Обзывать маму "дурой", драться с ней, обижать и  закатывать истерики - не лучший вариант. А вот колотить подушку, которой мама защищается, толкаться плечами с папой, с хохотом падая на кровать, - можно и нужно. Тело получит разрядку, энергия выйдет и никто не обидется. 
  • Подойдут любые методы арт-терапии: можно слепить свою депрессию, злость и обиду из глины, превратив в произведение искусства, нарисовать свою обидку, дорисовав ей что-то смешное, можно написать о ней сказку или сочинить стишок... 

В общем, на первом этапе крайне важно дать ребенку навыки преобразования негативных эмоций в что-то созидательное, помочь выпускать пар без избиения окружающих, в игре и телесной терапии.

Depositphotos_57352931_m-2015.jpg

Что нужно понимать родителям
Ребенок считывает с вас много информации. Например, если вы не умеете проявлять свою агрессию, склонны выгорать и срываться, он тоже будет так себя вести. Так что вам тоже нужна телесная терапия, ресурс, умение преобразовывать негативную энергию.  

Если вы строите отношения по принципу: "я сказал - ты делай", не оставляя ребенку право на выбор, то он будет искать способ реализации в другом месте и другими способами. И драка - не худший вариант, ведь может быть аутоагрессия, проявляемая через неврологические или физиологические проблемы (тики, энурез, частые болезни).

Пересмотрите свои воспитательные методы, перестаньте постоянно критиковать и требовать, находите за что хвалить, замечайте хорошее, почаще смотрите с теплотой на малыша. Введите практику: "Что хорошего  сегодня произошло: назови три события". Умение акцентироваться на хорошем, снижает внутреннее напряжение и уменьшает агрессию в несколько раз.  

Не смотрите на ребенка колючими глазами, даже когда ругаете, постарайтесь включать сердечность и во время ссоры.  

Вы же рады, что у вас есть малыш? Правда ведь? Счастливы, просто потому, что он существует? Показывайте это.

И еще, поиграйте с ребенком в садик, нарисуйте группу или посмотрите групповые фото. Поговорите о самых привлекательных чертах каждого из детей и воспитателей. И конечно, о  собственных сильных сторонах малыа. Скажите, что любой человек ценен, если замечать эту ценность, то проще будет принимать недостатки. Помогите понять, что если смотреть на других людей с теплом, то потребности что-то доказывать кулаками будет меньше. И тогда есть шанс на более быстрое решении поставленных задач.

tvoymalysh.com.ua





Recenzie utilizator

Comentarii Recomandate

Nu sunt comentarii de afișat



Vizitator
Adaugi comentarii ca vizitator. Dacă ai un cont, te rog autentifică-te.
Adaugă un comentariu...

×   Alipit ca text avansat.   Alipește ca text simplu

  Doar 75 de zâmbete maxim sunt permise.

×   Linkul tău a fost încorporat automat.   Afișează ca link în schimb

×   Conținutul tău precedent a fost resetat.   Curăță editor

×   Nu poți lipi imagini direct. Încarcă sau inserează imagini din URL.


  • Conținut similar

    • julia122997
      De julia122997
      И в свое тридцатилетие он придет ко мне, этот потный лысеющий клоун с подтеками грима на лице, и скажет: «Мама! Мне тридцать лет! Я клоун в торговом центре! Ты такую жизнь для меня хотела? Чем ты думала, мама, когда говорила мне, что высшее образование не обязательно? Чего ты хотела, мама, когда разрешала мне вместо математики играть с пацанами?»
      А я скажу: «Милый, но я следовала за тобой во всем, я не хотела давить на тебя! Ты не любил математику, ты любил играть с младшими ребятами». А он скажет: «Я не знал, к чему это приведет, я был ребенком, я не мог ничего решать, а ты, ты, ты сломала мне жизнь» — и разотрет грязным рукавом помаду по лицу. И тогда я встану, посмотрю на него внимательно и скажу: «Значит, так. В мире есть два типа людей: одни живут, а вторые ищут виноватых. И если ты этого не понимаешь, значит ты идиот».
      Он скажет: «Ах!» — и упадет в обморок. На психотерапию потребуется примерно пять лет.
      Или не так. Когда-нибудь у меня родится сын, и я сделаю все наоборот. Буду ему с трех лет твердить: «Не будь идиотом, Владик, думай о будущем. Учи математику, Владик, если не хочешь всю жизнь быть оператором кол-центра».
      И в свое тридцатилетие он придет ко мне, этот потный лысеющий программист с глубокими морщинами на лице, и скажет: «Мама! Мне тридцать лет. Я работаю в «Гугле». Я впахиваю двадцать часов в сутки, мама. У меня нет семьи. Чем ты думала, мама, когда говорила, что хорошая работа сделает меня счастливым? Чего ты добивалась, мама, когда заставляла меня учить математику?»
      А я скажу: «Дорогой, но я хотела, чтобы ты получил хорошее образование! Я хотела, чтобы у тебя были все возможности, дорогой». А он скажет: «А на хрена мне эти возможности, если я несчастен, мама? Я иду мимо клоунов в торговом центре и завидую им, мама. Они счастливы. Я мог бы быть на их месте, но ты, ты, ты сломала мне жизнь» — и потрет пальцами переносицу под очками. И тогда я встану, посмотрю на него внимательно и скажу: «Значит, так. В мире есть два типа людей: одни живут, а вторые все время жалуются. И если ты этого не понимаешь, значит ты идиот».
      Он скажет: «Ох!» — и упадет в обморок. На психотерапию потребуется примерно пять лет.
      Или по-другому. Когда-нибудь у меня родится сын, и я сделаю все наоборот. Буду ему с трех лет твердить: «Я тут не для того, чтобы что-то твердить. Я тут для того, чтобы тебя любить. Иди к папе, дорогой, спроси у него, я не хочу быть снова крайней».
      И в свое тридцатилетие он придет ко мне, этот потный лысеющий режиссер со среднерусской тоской в глазах, и скажет: «Мама! Мне тридцать лет. Я уже тридцать лет пытаюсь добиться твоего внимания, мама. Я посвятил тебе десять фильмов и пять спектаклей. Я написал о тебе книгу, мама. Мне кажется, тебе все равно. Почему ты никогда не высказывала своего мнения? Зачем ты все время отсылала меня к папе?»
      А я скажу: «Дорогой, но я не хотела ничего решать за тебя! Я просто любила тебя, дорогой, а для советов у нас есть папа». А он скажет: «А на хрена мне папины советы, если я спрашивал тебя, мама? Я всю жизнь добиваюсь твоего внимания, мама. Я помешан на тебе, мама. Я готов отдать все, лишь бы хоть раз, хоть раз понять, что ты думаешь обо мне. Своим молчанием, своей отстраненностью ты, ты, ты сломала мне жизнь» — и театрально закинет руку ко лбу. И тогда я встану, посмотрю на него внимательно и скажу: «Значит, так. В мире есть два типа людей: одни живут, а вторые все время чего-то ждут. И если ты этого не понимаешь, значит ты идиот».
      Он скажет: «Ах!» — и упадет в обморок. На психотерапию потребуется примерно пять лет.
      Этот текст — хорошая профилактика нашего материнского перфекционизма — стремления быть идеальной мамой. Расслабьтесь! Как бы мы ни старались быть хорошими мамами, нашим детям все равно будет что рассказать своему психотерапевту.
      bigpicture.ru
    • julia122997
      De julia122997
      Если произнести: «Я сейчас, пусть на час или на вечер, разрушу своей руганью его жизнь», возникнет сомнение. Потому что после этого следует вопрос: «А надо ли так?»
      Никто никого не учил останавливаться
      — Вас в детстве ругали?
      Младенцы умеют отличать друга от врага. 
      — Я сейчас замешкался, потому что задумался: «Интересно, мои родители знали, что они меня ругают, или думали, что формируют меня в этот момент как личность, шлифуют, оттачивают какие-то грани?» Родители ведь ругают не за что-то. Они ничем не отличаются ото всех остальных людей на свете: когда человек сталкивается с ситуацией, неожиданной для себя, начинаются разные ответвления.
      У каждого есть представление о том, как человек должен себя вести. И если оно не совпадает с реальностью, бывает, начинает колбасить.
      Недавно я ехал в автобусе из терминала до самолета. И мальчик, замечательный совершенно, ни в чем плохом не замеченный, стоит, держится за верхний поручень и подпрыгивает. Вообще ни одному живому существу при этом не мешает. Как на него наехали родители! Я даже не могу сказать, что кто-то из пассажиров посмотрел на него неодобрительно. Просто в этот момент происходит распад в сознании, мы не успеваем подумать, что это же хорошо, что он подпрыгивает, значит, он живой, у него хорошее настроение, вообще это довольно прикольно – подтягиваться на поручне.
      Все собрание наших представлений — о себе, о других, других о себе, — ударяет в голову в одну секунду, и в результате наезд: «Стой спокойно! Сколько раз тебе можно говорить!» Полная классическая программа.
      — Были случаи, когда родители вас отругали похожим образом?
      — Я занимался музыкой, играл на фортепиано. И до сих пор играю, кстати. Лет в одиннадцать я ездил два раза в неделю в музыкалку. Дело было в мае, стояла такая же замечательная погода, как сегодня. Я вернулся из школы, переоделся в шорты и написал родителям записку, видимо, заранее чувствуя неладное.
      — Записку, что вы уехали в шортах?
      — Да. И уехал в чудесном настроении на музыку, забыв, естественно, сразу про эти шорты. Человек не думает же постоянно, во что он одет. Когда я возвращался обратно, полил дождь. Петербург, понятное дело. Мой папа встретил меня с зонтом и отругал дичайшим образом. До такой степени, что всего три или четыре года назад я снова надел шорты. Я их не носил лет сорок. Я это понял совсем недавно, сам с собой разрулил. Мы были с женой на отдыхе, зашли в магазин, и я увидел такие клевые шорты, наглые, цветные. Купил их, превозмогая себя, и с этого момента, как говорят, излечился. Меня никогда не били. Я не могу сказать, что меня сильно оскорбляли. Но этот момент наезда, видимо, был очень унизительным. Меня не называли последними словами, но лишили права на хорошее настроение, на ту одежду, которую я посчитал для себя удобной, на собственное решение. Если мы отмотаем назад, что происходило с папой, благословенна его память, которого я, естественно, очень люблю и любил тогда? Думаю, у него произошло легкое помешательство. Он прочитал записку, посмотрел на улицу, там шел дождь. Он огорчился, испугался за меня, представил, как я лежу на смертном одре с температурой сорок, пройдясь однажды майским днем в шортах по Петербургу. Наверное, что-то такое с ним произошло. И все. А дальше, поскольку никто никого никогда не учил останавливаться, рефлексировать или хоть что-то с этим сделать, то и получает тот человек, который якобы являлся причиной этого помешательства.
      — Вы отвечали ему что-то?
      — Нет, я, конечно, ничего не отвечал, как и большинство моих коллег в этом возрасте. Особенно если мы в кавычках и без кавычек хорошие дети.
      Хорошие дети — те, кто не сомневается в том, что родитель прав и хочет ребенку добра. Это характерное поведение детей до семи лет. И все самые страшные и опасные родительские манипуляции приходятся как раз на этот возраст.
      И потом, до переходного возраста, когда человек вдруг понимает: «Опа, я могу сам!», мы инстинктивно продолжаем верить родителям.
      — Когда вас разносили за шорты, вы верили, что были неправы?
      — Я был несчастен. Внутри-то каждый из нас знает свои права, мотивы, желания. Вопрос, насколько глубоко это у каждого из нас зарыто. Давайте эту простейшую ситуацию с шортами разберем. У человека хорошее настроение, человеку одиннадцать лет, не три, не пять, он ведет самостоятельный образ жизни. Я сам пришел из школы, открыл дверь, приготовил еду, поел, убрал посуду, пошел заниматься музыкой. Вся декорация, все предлагаемые обстоятельства — про самостоятельного человека, принимающего решения. Сам в троллейбусе сидел, уехал с Гражданки на Петроградку, это же все непростые вещи. И заодно надел шорты.
      Это решение соответствует моей самостоятельности? На сто процентов. Я внутренне знал, что у меня есть на это право. А потом мы сталкиваемся с внешним диким давлением, когда нам однозначно говорят: «Какое право? Опомнись! С ума сошел? Никакого права нет. Про это есть, а вот про это нет!» Да, более того, даже такого вида разговора не происходит, когда — ваше слово — «ругают» детей, ничего им не объясняя. Никто ни в чем не сомневается, никто не делает никаких выводов, не строит причинно-следственные связи. Мы просто несемся на лошади в бой! И, мне кажется, другой человек становится несчастным в этот момент.
      У нас есть довольно большой неоплаченный счет перед детьми

      — Сейчас вы сами папа. Вы ругаете своих дочерей? Несетесь на лошади в бой?
      — Надеюсь, что сейчас все-таки нет. Бывало ли такое со старшими, что меня на чем-то замыкало? Абсолютно точно. Во многом благодаря моим детям я учился, как с этим быть.
      — Расскажите какой-нибудь случай? Когда один раз перемкнуло, а потом больше не повторялось благодаря работе над собой.
      — Это не про меня будет история, про мою жену. Но я в тот момент осознал, в каком идиотизме мы живем. Когда старшенькая, которой недавно исполнилось тридцать, училась во втором классе, мы пришли к ней в школу. Учительница сказала, что что-то она там делала не так, то ли бегала, то ли не бегала, то ли по всем контрольным получила двойки. Я не помню уже, что именно, но помню, что это произвело на нас неизгладимое впечатление.
      Был ноябрь, и мы собирались после школы ехать покупать Анечке теплую куртку. И мы едем, Наташа моя сидит рядом и говорит: «Даже не знаю, ехать или нет, покупать ей теперь эту куртку или нет». И я без остановки говорю: «Слушай, наверное, не ехать, пусть замерзнет и умрет!» И мы захохотали все вместе. Это было смешно, но это был очень важный момент такого осознания. Я думаю, что с тех пор Бог уберег, что-то стало меняться.
      Хотя у нас у всех есть довольно крупный неоплаченный счет перед нашими детьми. Мы все, и желая, и не желая, часто делаем многое для того, чтобы подпортить им жизнь. И когда я говорю: «Все», я имею в виду «все».
      До этого момента, кстати, была еще одна история. Аня однажды очень, очень, очень просила какой-то красивый значок. Мы его искали и купили, и она пошла в школу и потеряла его вместе с джинсовой курткой, которая еще и стоила каких-то денег, а у нас их тогда вообще не было. И я помню, как я ее отругал. Сегодня я ни за что бы так не поступил. В этом смысле младшей повезло намного больше, потому что это вообще ушло из наших отношений. Я говорю не только о себе, я говорю обо всей нашей семье.
      — В какой момент вы начали сожалеть, что отругали ее за значок?
      — Еще в процессе. Мы как раз и говорим о том, что язык сам несет, что не знамо. Если мы хоть какую-то внутреннюю гибкость имеем, начинаем понимать по ходу, что несем чушь. А главное, что это не стоит другого. Никогда. Это не стоило удовольствия, которое я мог получить от шортиков, испорченного настроения, моего и папиного, я абсолютно в этом уверен. Наверняка тогда был испорчен вечер, мы дулись друг на друга.
      — Вы у дочки попросили прощения за историю со значком?
      — Тогда нет, я был еще не обучен. Мне было 23 или 24 года, модель была очень сильна. Но потом, конечно, я и просил прощения, и прошу прощения, и в общем, и в частности. Потому что это важно. Мы с ней совершенно сумасшедшие друзья, друг без друга не живем, про все разговариваем, мы много про это потом говорили, и про мое безалаберное поведение тоже.
      — Можно ли быть родителем и не испытывать чувства вины перед детьми? Можно ли так выстроить отношения? Я не знаю про пап, зато про мам мне известно на собственном примере: рождается ребенок, вместе с ним практически сразу выдается чувство вины, что что-то ты делаешь, как мама, не так.
      — Хороший какой вопрос. Как сказал Борис Борисыч Гребенщиков, «у черных есть чувство ритма, у белых — чувство вины». Хочется сказать: «Можно», но я сейчас кручу в голове бесконечное число примеров, и получается, что нет. Это как первородный грех, который в нас сидит. С другой стороны, ведь чувство вины — такая охранная грамота, если мы умеем с этим что-то делать и как-то жить. Тогда мы можем подумать за секунду до.
      Противоположная позиция — это «взрослый всегда прав». У меня на «Маяке» есть программа, четыре часа в неделю. И довольно многие родители звонят, в том числе те, которые совсем про это не думали, и говорят, что, если оглянуться назад, это чувство вины появляется. А дальше уже мы говорим о том, что с этим делать. Если продолжить размышлять над вопросом, получается, что есть люди, у которых изначально комплекса вины нет. И сейчас рассуждая про это, мы с вами делаем хорошее дело или плохое? Я верю, что хорошее. Потому что начинается рефлексия, пересмотр ценностей, сомнение, что-то становится возможным поменять.
      Что такое «Я отругал своего близкого человека?». Я вообще-то испортил ему жизнь на этот момент. Эту фразу довольно важно произнести вслух. Чаще всего мы этого не делаем.
      Что мы говорим? «Я его отругал, неповадно будет, я как мама сейчас, конечно, немного страдаю, у меня когнитивный диссонанс, ведь я его люблю». Но дальше этого дело не идет, потому что я принимаю лекарство, которое называется «так надо». Если произнести: «Я сейчас, пусть на час или на вечер, разрушу своей руганью его жизнь», возникнет сомнение. Потому что после этого следует вопрос: «А надо ли так?» Когда задан очевидный вопрос: «Так надо, чтобы я сейчас своему любимому человеку делал плохо?», начинается совсем другая дорога, человеческая, серьезная, настоящая.
      Начинается работа с собой. Следующий шажок: «Разве такое может быть?» А если так быть не может, что же имеется в виду? и откуда во мне это выросло? Почему мальчику десяти лет я говорю: «Не тянись к поручню»? Почему я так реагирую, когда девочка трех лет уронила мороженое?
      Пусть им будет в кайф возвращаться домой
      — Мне кажется, есть большое количество родителей, которые это понимают. Сейчас многие читают Петрановскую, Гиппенрейтер, ходят к вам на лекции. Но когда это мороженое падает, все равно начинают кричать.
      — Это правда. Но есть механизм, в котором я абсолютно уверен, я много раз про него говорил: один секундный вдох, разрушающий эту реакцию. Не раз и навсегда, но на этот момент точно. Я это гарантирую. Мы в этой модели были миллион раз, мы не можем не открыть рот, но мы можем замешкаться. Все могут. Кто говорит: «Я не могу», лжет, он не пробовал. За эту секунду ты вспоминаешь, как тебя по тому же поводу когда-то отчихвостили, откуда это взялось, и успеваешь понять, что не стоит такой чудесный день портить, не стоит портить жизнь ей и самому себе.
      Сейчас я расстроюсь из-за упавшего мороженого, в середине моего спича пойму, что я — полный идиот или идиотка, начну обламываться на эту тему, язык мой продолжит молоть чушь, потом я запарюсь, просить прощения или нет, какими словами просить, а после этого — самое главное — я же не смогу вернуть то настроение, которое было, даже если я на коленях буду стоять и просить прощения. Это вещь важная! В этот момент происходит вселенское уравновешивание. Вернуть-то мы не можем ни тот майский день, ни ощущение от подаренного значка, перечеркнутое наездом на тему того, что он потерян. 
      Когда я чувствую, что раздражен, я раздражен на все. О, если бы мы были в силах в момент конфликта сформулировать, чего мы хотим на самом деле, а еще лучше записать на листке бумаги! Это было бы блистательно. Но это почти невозможно.
      — Конфликт же может быть затяжным.
      — Это правда. Если это так, очень важно сесть и написать, чего я хочу. И, по моему опыту, поразиться, как то, что ты делаешь, не имеет никакого отношения к тому, чего ты хочешь. История, которой у меня никогда не было с дочерями, но я понимаю, что она есть у большинства. Я могу привести ее в пример. Ребенок стал поздно приходить домой. Начинаем конфликтовать. Мы, родители, говорим: «Это невозможно, ты совершенно забросила учебу, ты шляешься неизвестно где». И, чтобы сделать картину более цветной, у нас это будет происходить каждый день. И каждый день усугубляет предыдущий.
      Мы сейчас говорим о человеке 15-16 лет, и ей, в общем, не наплевать на нас, но она уже хорошо сформулировала, что у нее есть определенные мотивы и права, ей не хочется предавать себя. Она с замечательным Вовой ходит смотреть фрески Новодевичьего монастыря. Чего же я, родитель, хочу в этой ситуации? Это любопытный вопрос. Если мы раскопаем эту историю, ответы могут быть разные. Мой ответ, например: «Я хочу перестать бояться». Мне некомфортно в состоянии, когда у меня в половине двенадцатого трясутся руки.
      Этих конфликтов у нас не было никогда только потому, что я сам себя разрулил. В этот момент мне плохо, значит, мне нужно сделать так, чтобы мне стало лучше. Может ли она на это влиять? Конечно, да. Но я не могу построить это из ситуации напряжения и противостояния. Что мне надо сделать? Например, мне ничего не стоит договориться о праве на СМС с двух сторон. Ничего не стоит построить отношения таким образом, чтобы ей было в кайф возвращаться домой.
      У меня, у папы, безусловно, есть право ее ждать, и волноваться, и бояться. Только из этого не следует, что ребенок приходит домой в хорошем настроении, и первое, что он должен получать — разрушение этого настроения. А ведь это и происходит раз за разом в подобных ситуациях. Мне вдруг по-родительски начинает казаться, что если она сейчас поплачет, тогда в следующий раз сообразит. И ведь никакого отношения одного к другому. Напротив, если она вернется домой, понимая, что ее там ждут, что ей там хорошо, у меня есть сумасшедшие возможности как у папы.
      В основе наших отношений – страх
      — С маленькими детьми до семи лет возможно не ссориться, налетая на них сверху, а равноправно конфликтовать? Вместе искать пути выхода?
      — Я не уверен: у нас перед ними огромная фора. Она заключается в том, что даже когда они с нами не согласны, кричат, плюются, кусаются, они знают, что мама и папа — боги. Самая дикая, но типичная ситуация: когда ребенок, на мамин взгляд, повел себя не так на улице, она говорит: «Все, я пойду, делай, что хочешь». И он, рыдая, бежит за ней. История эта повторяется раз за разом. Он и рад бы с ней конфликтовать, но до шести-семи лет у него нет этого инструмента. А мама, как мы понимаем, совершает довольно дикий поступок: она манипулирует им. Готов признать, что она это делает, не осознавая.
      — Как же? Она прекрасно знает, что он за ней побежит.
      — Это правда. Но она не останавливается в этой точке. Я не могу бросить камень в этих родителей: модель устроена так, что мама проскакивает этот момент. Если она остановится, как сейчас мы с вами, она за две-три секунды поймет, что происходит. Более того, большинство мам скажет себе: «Так поступать нехорошо, нехорошо манипулировать чувствами любимого и близкого человека». Но для того, чтобы это сделать, ей нужна та секунда, про которую я постоянно твержу. Я думаю, что в основе детско-родительских отношений лежит страх.
      — Страх потери контроля?
      — Изначально биологический, животный страх за потомство. Есть животная точка, от которой мы идем. Она определяет многие наши поступки. Наша человечность — это осознать. В тот момент, когда мой ребенок роняет мороженое на пол, это про то же. Мне страшно, что я получу неодобрение своего племени. Мне страшно, что раз он уронил мороженое, то теперь точно станет дворником или проституткой.
      noi.md
    • julia122997
      De julia122997
      Мы с интересом узнали, что мамы и папы в других странах считают самым важным для того, чтобы ребенок рос здоровым и развивался гармонично. Отметим, что некоторые привычки, особенно бытовые, могут повергать в шок родителей из СНГ. Однако если подумать, в этом есть здравое зерно и некоторые их них можно позаимствовать.
      Польша

      Так может выглядеть тихий час в польском детском саду.
      Многие поляки считают, что дети — самое главное в жизни: к ним относятся очень трепетно и на равных, на них редко кричат и их вовсе не шлепают. Польским родителям удается сохранять баланс, чтобы дети не росли избалованными.
      Малыши довольно вежливые, уважительно относятся к родителям, и здесь играет роль довольно сильное влияние на жизнь церкви, ведь посещение костела — одна из крепких семейных традиций, даже если семья неверующая. Папы и дедушки участвуют в воспитании наравне с мамами и бабушками.
      Интересные нюансы:
      Спокойное отношение к гигиене: дети могут сидеть на полу в общественных местах, например в школьных коридорах. Также не считается чем-то ужасным съесть еду, которая упала на пол. В детском саду часто не бывает кроватей для сна (они только в яслях), и если ребенок захотел спать днем, он может улечься прямо на коврике в группе, подложив под голову подушку. Невысокий уровень тревожности в целом. Родители не боятся гулять с малышами в потенциально опасных для тех местах (рядом с футбольным полем, где может ударить мяч, на набережных без ограждения). Дети гуляют на улице одни начиная с 7 лет, могут выполнять мелкие поручения — сходить в магазин или погулять с собакой. Италия

      Решать конфликты итальянский малыш должен самостоятельно.
      В этой стране настоящий культ детей: их обожают и балуют, причем не только родственники, но и совершенно посторонние люди. Поэтому такой проблемы, как невозможность выйти в свет, потому что дома маленький ребенок, у итальянцев нет — малышей берут с собой везде, и это встречает социальное одобрение.
      Итальянские родители не отдают ребенка в сад, если есть такая возможность. Ведь гораздо лучше, если малыш будет находиться под присмотром большой семьи: бабушек, теть, кузин и прочих. Делать слишком много замечаний ребенку не принято: родители боятся, что в таком случае он вырастет закомплексованным.
      Интересные нюансы:
      В итальянских семьях мало детей — максимум двое. Дети всегда под присмотром. Страх потери, похищения ребенка огромен, поэтому даже повзрослевшие дети редко гуляют на улице одни. Считается, что ребенок должен учиться самостоятельно находить решение в разных ситуациях, поэтому, если случится конфликт, например, в песочнице, не ждите, что итальянская мама объяснит малышу правила поведения. Часто ребенок обращается ко всем на «ты», не испытывая стеснения перед взрослыми, и может сделать замечание родителям или прохожим. Австралия

      Самостоятельность и помощь родителям с раннего детства — норма.
      По мнению австралийских родителей, главное в жизни — это самостоятельность и дисциплина. Именно на этом и построено воспитание. Даже двухлетка уже собирает игрушки и способен приготовить себе завтрак (например, налить молока в хлопья), не беспокоя маму.
      В то же время ребенку дается свобода выбора, родители не видят смысла в принуждении как в мелочах (выбор одежды), так и в поступках (делать уроки или играть в видеоигры), просто потому что последствия выбора проявляются довольно быстро и ребенок учится делать выводы.
      Интересные нюансы:
      Считается, что раннее обучение способно негативно повлиять на развитие ребенка. Если в семье несколько детей, то за непослушание одного зачастую наказывают всех. Агрессивные игры, в которых дети стреляют друг в друга из игрушечных пистолетов и автоматов, не порицаются. Считается, что они помогают детям подготовиться к взрослой жизни. Дети часто не ходят в детский сад, так как в Австралии это дорогое удовольствие (в среднем $ 50–90 в день), поэтому дешевле одному из членов семьи не работать, пока ребенок не пойдет в школу. Великобритания

      Англичане уверены: одна из причин успеха — высокая самооценка. Поэтому детей хвалят за любые, даже самые незначительные достижения. Родители и воспитатели делают все возможное, чтобы не ругать детей, а о том, чтобы сделать замечание чужому ребенку, вообще не может быть и речи. В школе приветствуется индивидуальный подход — ребенок сам делает выбор предметов и дополнительных занятий.
      Интересные нюансы:
      Детей стараются одевать легко даже в прохладную погоду, не считается опасным сидеть прямо на асфальте или камне, ведь таким образом дети укрепят иммунитет в детстве и не будут болеть во взрослой жизни. Хорошо вести себя на публике и не устраивать истерик детей приучают довольно рано, часто методом полного игнорирования крика и капризов. Поощряется доверие. Например, мама не боится отпустить 3-летнего ребенка кататься на самокате или беговеле далеко от себя, потому что знает, что он остановится и подождет ее около дороги. У детей есть полное право на самовыражение, поэтому можно поваляться в луже, выйти из дома в пижаме, костюме Супермена или попробовать песок на вкус. США

      Главное — время, проведенное вместе.
      Американские родители считают: чтобы вырастить гармоничную личность, с детьми надо проводить много времени и не сравнивать их с другими. Детям стараются давать свободу, однако и прививают чувство ответственности. Уже с раннего возраста у малыша могут быть домашние обязанности, от которых нельзя отлынивать. Некоторые родители поощряют детей материально за выполненную работу, но, чтобы она была оплачена, все должно быть сделано на совесть.
      Интересные нюансы:
      Родители предпочитают укладывать детей спать рано: это одобряют американские педиатры, а взрослым хочется иметь свободное время по вечерам. С 5 лет детей учат распоряжаться деньгами, а чуть позже заводят им персональные счета. У ребенка должна быть своя комната с рождения. Он сам решает, повзрослев, когда проводить уборку, а взрослые не могут входить к нему без спроса. Испания

      Обычное время семейного ужина — 22:00.
      Испанцы считают, что социальное развитие, умение общаться и находить общий язык с людьми, чтить семейные традиции — очень важные аспекты воспитания. А где же еще развивать эти навыки, как не в большой семье?
      Детей учат не сравнивать себя с другими и не слишком хвастать своими успехами. Зависть и тщеславие считаются главными пороками.
      Интересные нюансы:
      Оставлять детей до 12 лет без присмотра запрещено законом, и он добросовестно соблюдается. Дети не остаются одни дома и не выходят без сопровождения. Если ребенок остается один хотя бы на час, особенно в ночное время, для окружающих это повод вызвать полицию. Дети участвуют в поздних ужинах, которые так любят испанцы, ведь это прекрасный повод пообщаться с семьей. Детей не принято ругать и наказывать, родители не повышают голоса, хотя сами по себе испанцы очень эмоциональны. Уже с раннего возраста малышей приобщают к изучению иностранных языков, чаще всего это английский. Германия

      Ребенок — член семьи, но вовсе не пуп земли, считают немецкие родители. Поэтому с появлением малыша его интегрируют в семейные дела, а мама не лишается своей привычной жизни. Уже с первых дней жизни ребенка берут с собой на встречи с друзьями, выезжая по делам. Когда малыш становится старше, он также все время находится рядом с родителями, но его ненавязчиво учат не перетягивать все внимание на себя.
      Интересные нюансы:
      Немцы озадачены слишком стремительным развитием технологий, и многие родители не разрешают детям смотреть телевизор и пользоваться гаджетами до школьного возраста. Приветствуется развитие самостоятельности, иногда это даже связано с определенными рисками. Так, например, ребенок 3–4 лет вполне может нарезать овощи острым ножом или воспользоваться утюгом. Для развития коммуникабельности детей водят в «игровые группы», где мамы угощают друг друга своей выпечкой и делятся опытом, а дети играют. Такие группы могут организовываться, например, среди соседей. Турция

      Важное в жизни — поддержка близких людей.
      Турецкие дети до школы в основном воспитываются мамами. В ясли их можно отдать уже с 2 лет, но в стране те преимущественно частные, что далеко не всем по карману. Развивающие игры и обучение до школы тоже редкость. Турецкие родители считают: дом — это место для развлечений, а научиться чему-то они могут в школе. А вот взаимная поддержка и крепкие отношения в семье — это важно, поэтому с ранних лет детей учат приходить на помощь близким и поддерживать друг друга.
      В 13 лет у подростков появляются обязанности, при этом мальчики помогают отцу, а девочки — матери. Старшие дети помогают с малышами, бабушки в этом процессе задействованы меньше.
      Интересные нюансы:
      Понятие режима дня и специального детского питания в Турции практически отсутствует. Ребенок засыпает на ковре — вот и тихий час, а уже двухлеткам вполне могут давать взрослые сладости и газировку. В детских садах нет представлений для родителей, исключение делается только для праздника детей, который в Турции отмечают 23 апреля. Турки очень любят детей и приветствуют их нахождение в общественных местах. И даже если малыш разобьет посуду в кафе, за нее не придется платить. На детских площадках поддерживается чистота, высаживаются цветы, а песок в песочнице просеивают каждый день. Франция

      О длинном декретном отпуске многие француженки могут только мечтать — в реальности они вынуждены рано выходить на работу. Французские ясли принимают детей уже в возрасте 2 месяцев. Социализация — это важно, поэтому родители предпочитают отдавать детей в сад, нежели оставлять с няней.
      Французы учат детей вежливости и обходительности, самостоятельности. Считают, что хвалить нужно в меру, потому что излишняя похвала побуждает ребенка делать только то, что у него хорошо получается, и избегать трудностей. А ведь самооценка вырастает от каждого нового дела, с которым малыш справляется самостоятельно.
      Интересные нюансы:
      Детей очень рано переводят на общий стол, им не готовят отдельно, поэтому их спокойно берут с собой в ресторан. Ребенка не будут заставлять есть, но всегда предложат хотя бы попробовать новое блюдо. Ребенка поощряют высказывать свое мнение и обсуждать его. Французские родители четко формулируют основные правила поведения и следят за их исполнением. Учить хорошим манерам малышей начинают с раннего возраста: здороваться с гостями и соседями, спокойно ввести себя в очередях, уступать место пожилым людям в общественном транспорте и использовать вежливые обращения и слова благодарности. А чей подход к воспитанию кажется вам наиболее интересным?
      adme.ru
    • maria981s
      De maria981s
      В возрасте 2 лет ваш малыш может быть готов присоединиться к классам «подготовки к танцам» или творческим движениям, предназначенным для детей в возрасте от 2 до 3. Эти занятия веселые, заставляют детей двигаться в ритме и позволяют детям общаться друг с другом. Они, однако, не предлагают формальное обучение танцам.
      У большинства детей младшего возраста не развиты навыки, необходимые для того, чтобы хорошо следовать указаниям, чтобы участвовать в формальных занятиях. Младенцы и малыши любят заниматься музыкой, но это не значит, что они могут (или будут!) следовать инструкциям в танцевальном классе.
      Прием в танцевальные группы, такие как балет или чечетка, обычно начинается с 3 или 4 лет. «Ваш ребенок должен быть в состоянии сосредоточиться на 30 минут», — говорит Мириам Аллен, директор детских танцев в Консерватории движения в Рено, штат Невада.
      «Между 3 и 4 годами я вижу детей, способных следовать инструкциям и ждать своей очереди», — говорит она. «Речь идет о том, когда у них тоже есть реальная координация».
      По данным Американской академии педиатрии, занятия для детей младшего возраста должны быть сосредоточены на веселых исследованиях, потому что дети не готовы сосредоточиться на технике, по крайней мере, до 5 или 6 лет.
      vospitaj.com
    • julia122997
      De julia122997
      1. Путешествуем вместе.  "Небесную колыбельку" впервые предложили British Airways: предполагалось, что младенцы должны проводить там все время полета. А что, удобно - не надо развлекать, кормить, бесконечно гулять туда и обратно по салону... 

      2. Самостоятельное купание. Присматривать за малышом, пока он плещется в ванне, очень скучно, не правда ли? Куда проще зафиксировать его специальным приспособлением и пойти по своим делам. 

      3. Учимся ходить. Эти ужасные распорки надевали на ножки годовалым малышам, чтобы те учились ходить. Сюрприз: ребенок бы справился и без них! 

      4. Облегченные прогулки. Вы тоже ругаете себя, когда малыш "гуляет" на балконе, а не в парке? Просто посмотрите на эту клетку: да-да, малыша туда посадили, чтобы он дышал свежим воздухом. 

      5. Мамина колыбельная. Вместо того, чтобы петь бесконечные песенки, можно просто подвести к коляске громкоговоритель. 

      6. Опиум для народа. Опиум прописывали детям с рождения от астмы и дыхательной недостаточности. 

      7. Ребенок в машине. Никаких автокресел, конечно, не существовало. Такие удерживающие устройства считались верхом безопасности. 

      8. Странные прогулки.  Во время угрозы газовой атаки американские родители выгуливали детей в таких, хм, колясках. Вопрос: зачем было вообще выходить на улицу? 

      9. Чистота - залог здоровья. Эти чудовищного вида (и наверняка ужасно неудобные!) ошейники надевали детям для того, чтобы у них не пачкалась шея. Просто перечитайте это еще раз. 

      10. Мамина помощница. Маленьким детям разрешалось практически все, в том числе самостоятельно включать газовую плиту и готовить. Безопасность? Нет, не слышали.  

      detstrana.ru
  •