Как перестать кричать на детей?


    Педагог Дима Зицер о том, как перестать кричать на детей.

375795.jpg

Если произнести: «Я сейчас, пусть на час или на вечер, разрушу своей руганью его жизнь», возникнет сомнение. Потому что после этого следует вопрос: «А надо ли так?»

Никто никого не учил останавливаться

— Вас в детстве ругали?

Младенцы умеют отличать друга от врага. 

— Я сейчас замешкался, потому что задумался: «Интересно, мои родители знали, что они меня ругают, или думали, что формируют меня в этот момент как личность, шлифуют, оттачивают какие-то грани?» Родители ведь ругают не за что-то. Они ничем не отличаются ото всех остальных людей на свете: когда человек сталкивается с ситуацией, неожиданной для себя, начинаются разные ответвления.

У каждого есть представление о том, как человек должен себя вести. И если оно не совпадает с реальностью, бывает, начинает колбасить.

Недавно я ехал в автобусе из терминала до самолета. И мальчик, замечательный совершенно, ни в чем плохом не замеченный, стоит, держится за верхний поручень и подпрыгивает. Вообще ни одному живому существу при этом не мешает. Как на него наехали родители! Я даже не могу сказать, что кто-то из пассажиров посмотрел на него неодобрительно. Просто в этот момент происходит распад в сознании, мы не успеваем подумать, что это же хорошо, что он подпрыгивает, значит, он живой, у него хорошее настроение, вообще это довольно прикольно – подтягиваться на поручне.

Все собрание наших представлений — о себе, о других, других о себе, — ударяет в голову в одну секунду, и в результате наезд: «Стой спокойно! Сколько раз тебе можно говорить!» Полная классическая программа.

— Были случаи, когда родители вас отругали похожим образом?

— Я занимался музыкой, играл на фортепиано. И до сих пор играю, кстати. Лет в одиннадцать я ездил два раза в неделю в музыкалку. Дело было в мае, стояла такая же замечательная погода, как сегодня. Я вернулся из школы, переоделся в шорты и написал родителям записку, видимо, заранее чувствуя неладное.

— Записку, что вы уехали в шортах?

— Да. И уехал в чудесном настроении на музыку, забыв, естественно, сразу про эти шорты. Человек не думает же постоянно, во что он одет. Когда я возвращался обратно, полил дождь. Петербург, понятное дело. Мой папа встретил меня с зонтом и отругал дичайшим образом. До такой степени, что всего три или четыре года назад я снова надел шорты. Я их не носил лет сорок. Я это понял совсем недавно, сам с собой разрулил. Мы были с женой на отдыхе, зашли в магазин, и я увидел такие клевые шорты, наглые, цветные. Купил их, превозмогая себя, и с этого момента, как говорят, излечился. Меня никогда не били. Я не могу сказать, что меня сильно оскорбляли. Но этот момент наезда, видимо, был очень унизительным. Меня не называли последними словами, но лишили права на хорошее настроение, на ту одежду, которую я посчитал для себя удобной, на собственное решение. Если мы отмотаем назад, что происходило с папой, благословенна его память, которого я, естественно, очень люблю и любил тогда? Думаю, у него произошло легкое помешательство. Он прочитал записку, посмотрел на улицу, там шел дождь. Он огорчился, испугался за меня, представил, как я лежу на смертном одре с температурой сорок, пройдясь однажды майским днем в шортах по Петербургу. Наверное, что-то такое с ним произошло. И все. А дальше, поскольку никто никого никогда не учил останавливаться, рефлексировать или хоть что-то с этим сделать, то и получает тот человек, который якобы являлся причиной этого помешательства.

— Вы отвечали ему что-то?

— Нет, я, конечно, ничего не отвечал, как и большинство моих коллег в этом возрасте. Особенно если мы в кавычках и без кавычек хорошие дети.

Хорошие дети — те, кто не сомневается в том, что родитель прав и хочет ребенку добра. Это характерное поведение детей до семи лет. И все самые страшные и опасные родительские манипуляции приходятся как раз на этот возраст.

И потом, до переходного возраста, когда человек вдруг понимает: «Опа, я могу сам!», мы инстинктивно продолжаем верить родителям.

— Когда вас разносили за шорты, вы верили, что были неправы?

— Я был несчастен. Внутри-то каждый из нас знает свои права, мотивы, желания. Вопрос, насколько глубоко это у каждого из нас зарыто. Давайте эту простейшую ситуацию с шортами разберем. У человека хорошее настроение, человеку одиннадцать лет, не три, не пять, он ведет самостоятельный образ жизни. Я сам пришел из школы, открыл дверь, приготовил еду, поел, убрал посуду, пошел заниматься музыкой. Вся декорация, все предлагаемые обстоятельства — про самостоятельного человека, принимающего решения. Сам в троллейбусе сидел, уехал с Гражданки на Петроградку, это же все непростые вещи. И заодно надел шорты.

Это решение соответствует моей самостоятельности? На сто процентов. Я внутренне знал, что у меня есть на это право. А потом мы сталкиваемся с внешним диким давлением, когда нам однозначно говорят: «Какое право? Опомнись! С ума сошел? Никакого права нет. Про это есть, а вот про это нет!» Да, более того, даже такого вида разговора не происходит, когда — ваше слово — «ругают» детей, ничего им не объясняя. Никто ни в чем не сомневается, никто не делает никаких выводов, не строит причинно-следственные связи. Мы просто несемся на лошади в бой! И, мне кажется, другой человек становится несчастным в этот момент.

У нас есть довольно большой неоплаченный счет перед детьми

pexels-photo-1648389.jpeg

— Сейчас вы сами папа. Вы ругаете своих дочерей? Несетесь на лошади в бой?

— Надеюсь, что сейчас все-таки нет. Бывало ли такое со старшими, что меня на чем-то замыкало? Абсолютно точно. Во многом благодаря моим детям я учился, как с этим быть.

— Расскажите какой-нибудь случай? Когда один раз перемкнуло, а потом больше не повторялось благодаря работе над собой.

— Это не про меня будет история, про мою жену. Но я в тот момент осознал, в каком идиотизме мы живем. Когда старшенькая, которой недавно исполнилось тридцать, училась во втором классе, мы пришли к ней в школу. Учительница сказала, что что-то она там делала не так, то ли бегала, то ли не бегала, то ли по всем контрольным получила двойки. Я не помню уже, что именно, но помню, что это произвело на нас неизгладимое впечатление.

Был ноябрь, и мы собирались после школы ехать покупать Анечке теплую куртку. И мы едем, Наташа моя сидит рядом и говорит: «Даже не знаю, ехать или нет, покупать ей теперь эту куртку или нет». И я без остановки говорю: «Слушай, наверное, не ехать, пусть замерзнет и умрет!» И мы захохотали все вместе. Это было смешно, но это был очень важный момент такого осознания. Я думаю, что с тех пор Бог уберег, что-то стало меняться.

Хотя у нас у всех есть довольно крупный неоплаченный счет перед нашими детьми. Мы все, и желая, и не желая, часто делаем многое для того, чтобы подпортить им жизнь. И когда я говорю: «Все», я имею в виду «все».

До этого момента, кстати, была еще одна история. Аня однажды очень, очень, очень просила какой-то красивый значок. Мы его искали и купили, и она пошла в школу и потеряла его вместе с джинсовой курткой, которая еще и стоила каких-то денег, а у нас их тогда вообще не было. И я помню, как я ее отругал. Сегодня я ни за что бы так не поступил. В этом смысле младшей повезло намного больше, потому что это вообще ушло из наших отношений. Я говорю не только о себе, я говорю обо всей нашей семье.

— В какой момент вы начали сожалеть, что отругали ее за значок?

— Еще в процессе. Мы как раз и говорим о том, что язык сам несет, что не знамо. Если мы хоть какую-то внутреннюю гибкость имеем, начинаем понимать по ходу, что несем чушь. А главное, что это не стоит другого. Никогда. Это не стоило удовольствия, которое я мог получить от шортиков, испорченного настроения, моего и папиного, я абсолютно в этом уверен. Наверняка тогда был испорчен вечер, мы дулись друг на друга.

— Вы у дочки попросили прощения за историю со значком?

— Тогда нет, я был еще не обучен. Мне было 23 или 24 года, модель была очень сильна. Но потом, конечно, я и просил прощения, и прошу прощения, и в общем, и в частности. Потому что это важно. Мы с ней совершенно сумасшедшие друзья, друг без друга не живем, про все разговариваем, мы много про это потом говорили, и про мое безалаберное поведение тоже.

— Можно ли быть родителем и не испытывать чувства вины перед детьми? Можно ли так выстроить отношения? Я не знаю про пап, зато про мам мне известно на собственном примере: рождается ребенок, вместе с ним практически сразу выдается чувство вины, что что-то ты делаешь, как мама, не так.

— Хороший какой вопрос. Как сказал Борис Борисыч Гребенщиков, «у черных есть чувство ритма, у белых — чувство вины». Хочется сказать: «Можно», но я сейчас кручу в голове бесконечное число примеров, и получается, что нет. Это как первородный грех, который в нас сидит. С другой стороны, ведь чувство вины — такая охранная грамота, если мы умеем с этим что-то делать и как-то жить. Тогда мы можем подумать за секунду до.

Противоположная позиция — это «взрослый всегда прав». У меня на «Маяке» есть программа, четыре часа в неделю. И довольно многие родители звонят, в том числе те, которые совсем про это не думали, и говорят, что, если оглянуться назад, это чувство вины появляется. А дальше уже мы говорим о том, что с этим делать. Если продолжить размышлять над вопросом, получается, что есть люди, у которых изначально комплекса вины нет. И сейчас рассуждая про это, мы с вами делаем хорошее дело или плохое? Я верю, что хорошее. Потому что начинается рефлексия, пересмотр ценностей, сомнение, что-то становится возможным поменять.

Что такое «Я отругал своего близкого человека?». Я вообще-то испортил ему жизнь на этот момент. Эту фразу довольно важно произнести вслух. Чаще всего мы этого не делаем.

Что мы говорим? «Я его отругал, неповадно будет, я как мама сейчас, конечно, немного страдаю, у меня когнитивный диссонанс, ведь я его люблю». Но дальше этого дело не идет, потому что я принимаю лекарство, которое называется «так надо». Если произнести: «Я сейчас, пусть на час или на вечер, разрушу своей руганью его жизнь», возникнет сомнение. Потому что после этого следует вопрос: «А надо ли так?» Когда задан очевидный вопрос: «Так надо, чтобы я сейчас своему любимому человеку делал плохо?», начинается совсем другая дорога, человеческая, серьезная, настоящая.

Начинается работа с собой. Следующий шажок: «Разве такое может быть?» А если так быть не может, что же имеется в виду? и откуда во мне это выросло? Почему мальчику десяти лет я говорю: «Не тянись к поручню»? Почему я так реагирую, когда девочка трех лет уронила мороженое?

Пусть им будет в кайф возвращаться домой

— Мне кажется, есть большое количество родителей, которые это понимают. Сейчас многие читают Петрановскую, Гиппенрейтер, ходят к вам на лекции. Но когда это мороженое падает, все равно начинают кричать.

— Это правда. Но есть механизм, в котором я абсолютно уверен, я много раз про него говорил: один секундный вдох, разрушающий эту реакцию. Не раз и навсегда, но на этот момент точно. Я это гарантирую. Мы в этой модели были миллион раз, мы не можем не открыть рот, но мы можем замешкаться. Все могут. Кто говорит: «Я не могу», лжет, он не пробовал. За эту секунду ты вспоминаешь, как тебя по тому же поводу когда-то отчихвостили, откуда это взялось, и успеваешь понять, что не стоит такой чудесный день портить, не стоит портить жизнь ей и самому себе.

Сейчас я расстроюсь из-за упавшего мороженого, в середине моего спича пойму, что я — полный идиот или идиотка, начну обламываться на эту тему, язык мой продолжит молоть чушь, потом я запарюсь, просить прощения или нет, какими словами просить, а после этого — самое главное — я же не смогу вернуть то настроение, которое было, даже если я на коленях буду стоять и просить прощения. Это вещь важная! В этот момент происходит вселенское уравновешивание. Вернуть-то мы не можем ни тот майский день, ни ощущение от подаренного значка, перечеркнутое наездом на тему того, что он потерян. 

Когда я чувствую, что раздражен, я раздражен на все. О, если бы мы были в силах в момент конфликта сформулировать, чего мы хотим на самом деле, а еще лучше записать на листке бумаги! Это было бы блистательно. Но это почти невозможно.

— Конфликт же может быть затяжным.

— Это правда. Если это так, очень важно сесть и написать, чего я хочу. И, по моему опыту, поразиться, как то, что ты делаешь, не имеет никакого отношения к тому, чего ты хочешь. История, которой у меня никогда не было с дочерями, но я понимаю, что она есть у большинства. Я могу привести ее в пример. Ребенок стал поздно приходить домой. Начинаем конфликтовать. Мы, родители, говорим: «Это невозможно, ты совершенно забросила учебу, ты шляешься неизвестно где». И, чтобы сделать картину более цветной, у нас это будет происходить каждый день. И каждый день усугубляет предыдущий.

Мы сейчас говорим о человеке 15-16 лет, и ей, в общем, не наплевать на нас, но она уже хорошо сформулировала, что у нее есть определенные мотивы и права, ей не хочется предавать себя. Она с замечательным Вовой ходит смотреть фрески Новодевичьего монастыря. Чего же я, родитель, хочу в этой ситуации? Это любопытный вопрос. Если мы раскопаем эту историю, ответы могут быть разные. Мой ответ, например: «Я хочу перестать бояться». Мне некомфортно в состоянии, когда у меня в половине двенадцатого трясутся руки.

Этих конфликтов у нас не было никогда только потому, что я сам себя разрулил. В этот момент мне плохо, значит, мне нужно сделать так, чтобы мне стало лучше. Может ли она на это влиять? Конечно, да. Но я не могу построить это из ситуации напряжения и противостояния. Что мне надо сделать? Например, мне ничего не стоит договориться о праве на СМС с двух сторон. Ничего не стоит построить отношения таким образом, чтобы ей было в кайф возвращаться домой.

У меня, у папы, безусловно, есть право ее ждать, и волноваться, и бояться. Только из этого не следует, что ребенок приходит домой в хорошем настроении, и первое, что он должен получать — разрушение этого настроения. А ведь это и происходит раз за разом в подобных ситуациях. Мне вдруг по-родительски начинает казаться, что если она сейчас поплачет, тогда в следующий раз сообразит. И ведь никакого отношения одного к другому. Напротив, если она вернется домой, понимая, что ее там ждут, что ей там хорошо, у меня есть сумасшедшие возможности как у папы.

В основе наших отношений – страх

— С маленькими детьми до семи лет возможно не ссориться, налетая на них сверху, а равноправно конфликтовать? Вместе искать пути выхода?

— Я не уверен: у нас перед ними огромная фора. Она заключается в том, что даже когда они с нами не согласны, кричат, плюются, кусаются, они знают, что мама и папа — боги. Самая дикая, но типичная ситуация: когда ребенок, на мамин взгляд, повел себя не так на улице, она говорит: «Все, я пойду, делай, что хочешь». И он, рыдая, бежит за ней. История эта повторяется раз за разом. Он и рад бы с ней конфликтовать, но до шести-семи лет у него нет этого инструмента. А мама, как мы понимаем, совершает довольно дикий поступок: она манипулирует им. Готов признать, что она это делает, не осознавая.

— Как же? Она прекрасно знает, что он за ней побежит.

— Это правда. Но она не останавливается в этой точке. Я не могу бросить камень в этих родителей: модель устроена так, что мама проскакивает этот момент. Если она остановится, как сейчас мы с вами, она за две-три секунды поймет, что происходит. Более того, большинство мам скажет себе: «Так поступать нехорошо, нехорошо манипулировать чувствами любимого и близкого человека». Но для того, чтобы это сделать, ей нужна та секунда, про которую я постоянно твержу. Я думаю, что в основе детско-родительских отношений лежит страх.

— Страх потери контроля?

— Изначально биологический, животный страх за потомство. Есть животная точка, от которой мы идем. Она определяет многие наши поступки. Наша человечность — это осознать. В тот момент, когда мой ребенок роняет мороженое на пол, это про то же. Мне страшно, что я получу неодобрение своего племени. Мне страшно, что раз он уронил мороженое, то теперь точно станет дворником или проституткой.

noi.md





Recenzie utilizator

Comentarii Recomandate

Nu sunt comentarii de afișat



Vizitator
Adaugi comentarii ca vizitator. Dacă ai un cont, te rog autentifică-te.
Adaugă un comentariu...

×   Alipit ca text avansat.   Alipește ca text simplu

  Doar 75 de zâmbete maxim sunt permise.

×   Linkul tău a fost încorporat automat.   Afișează ca link în schimb

×   Conținutul tău precedent a fost resetat.   Curăță editor

×   Nu poți lipi imagini direct. Încarcă sau inserează imagini din URL.


  • Conținut similar

    • LupuCristinna
      De LupuCristinna
      В частности, она отметила, что один из действенных способов побороть негативные эмоции — это выплеснуть своё раздражение на лист бумаги, таким образом реагируя на все факторы, которые злят и расстраивают, передает life.ru
      "Следите, чтобы ваше письмо ни в коем случае не попало в руки к другому человеку, тем более если он и есть причина ваших негативных эмоций. Сразу же после того, как выплеснете эмоции на бумагу, уничтожьте" — подчеркнула Зарудная.
      Кроме того, есть и другой способ снять напряжение в домашних условиях. Как утверждает психолог, очень хорошо в этом вопросе помогает медитация. Станислава Зарудная заметила, что на неё стоит настроиться заранее: выбрать время, комфортно расположиться, закрыть глаза или опустить взгляд вниз и зафиксировать его. Специалист сообщила, что во время глубокого вдоха важно почувствовать прохладу воздуха, а при выдохе — тепло.
      Также она пояснила, что помимо дыхательных техник нужно использовать визуализацию. При этом психолог рекомендует создавать "собственное медитативное пространство", чтобы погружаться в него в стрессовых ситуациях. Как уточнила Зарудная, для создания такого пространства можно использовать воспоминания с моментами абсолютного спокойствия и безопасности. Усилить эффект от медитации позволят тактильные ощущения, любимые запахи, цвета и предметы.
      life.ru
    • LupuCristinna
      De LupuCristinna
      Дети постоянно наблюдают за нами — и все, что мы говорим или делаем, оказывает на них куда большее влияние, чем то, что мы просим их делать изо дня в день. Именно поэтому нам важно следить за тем, как мы управляем собственными эмоциями, как ведем себя в кризисных ситуациях, как конфликтуем, как миримся и как решаем проблемы. При этом важно помнить, что дети воспринимают происходящее не так, как взрослые, а потому любому нашему поведению требуется объяснение.
      «Дети не знают, что происходит у вас в голове», — говорит психиатр университетской больницы Джорджтауна Джефф Бостик. Он рекомендует родителям комментировать свое поведение, чтобы детям не приходилось самим догадываться и домысливать их действия. Для того, чтобы помочь нашим детям правильно интерпретировать различные ситуации и развить эмоциональный интеллект, нам важно озвучивать те ситуации, которые кажутся нам понятными без слов.
      Говорите хорошее о своем партнере
      Признаваться друг другу в любви — это хорошо, но этого не всегда бывает достаточно. Не забывайте говорить своему партнеру о том, что вы любите в нем больше всего, чем восхищаетесь, и что цените. Например, собираясь на прогулку, вы можете отметить: «Смотри, папа захватил с собой бутылки с водой. Как здорово, что на него всегда можно положиться!».
      В обратную сторону эти примеры тоже, к сожалению работают. Чем чаще вы закатываете глаза или в негативном ключе комментируете поступки и слова друг друга (да, дети слышат даже то, что вы бормочете себе под нос), тем прочнее в голове ребенка закрепляется определенная модель взаимоотношений.
      Признавайте ошибки и ищите решения
      Нет ничего постыдного в том, чтобы признать, что вы где-то ошиблись или что-то не продумали — взрослые не могут быть идеальными и знать абсолютно все, и это нормально. Устное признание родительского промаха («Упс, кажется, что-то я здесь не досмотрел») учит детей спокойнее относиться к собственным ошибкам.
      Следующий шаг, который должен следовать за неудачей — это попытка ее исправить, которую тоже лучше описать словами. Порассуждайте вслух, проговорите, что пошло не так, где вы допустили ошибку, и что надо сделать для того, чтобы стало лучше. Даже если в моменте вас захлестнули эмоции, дайте себе несколько минут на то, чтобы успокоиться, а потом вернитесь к решению проблемы.
      Объясняйте свои эмоции
      К сожалению, далеко не все взрослые способны анализировать то, что они чувствуют (не говоря уже о том, чтобы объяснять свои переживания детям), однако никогда не поздно этому научиться. Когда вы начнете объяснять ребенку свои поступки с точки зрения эмоций («Я кричу, потому что устала, злюсь и расстраиваюсь из-за того, что ты испачкал мою одежду» или «Я вздрогнул, потому что испугался машины, которая так быстро мимо нас промчалась»), вы получите сразу двойную пользу: вам будет проще контролировать свои эмоции в родительстве, а детям будет проще вас понимать и анализировать собственные переживания.
      Просите о помощи
      В первую очередь это касается мужчин, которые привыкли считать свою способность справляться со всем самостоятельно ключевым достоинством. В реальности же умение просить о помощи является невероятно важным и позволяет предотвратить множество проблем в будущем. А потому покажите ребенку личным примером, что нет ничего зазорного в том, чтобы обратиться за помощью и поддержкой к родственнику или другу — даже если помощь вам требуется совсем небольшая.
      Проявляйте эмпатию
      Чтобы ребенок научился не только понимать собственные чувства, но и чувства других людей, ему важно видеть проявления эмпатии. Обсуждайте эмоции и переживания друг друга и пытайтесь понять, что испытывает ваш собеседник. Задавайте вопросы, проявляйте любопытство и выдвигайте предположения.
      Делитесь мыслями и наблюдениями
      «Смотри, это облако похоже на дедушкину машину». Неизвестно, поддержат ли вас ваши дети в ваших размышлениях или просто странно на вас посмотрят, но попробовать точно стоит. Когда вы рассказываете детям о том, что приходит вам на ум, о том, что вы знаете и видите, вы учите их смотреть на вещи другими глазами и показываете, что мир вокруг куда сложнее и интереснее, чем кажется.
      Говорите о дружбе
      Детям важно видеть, что друзья — это не просто люди, которые присутствуют в вашей жизни. Расскажите и покажите им, что дружба — это близкие отношения между людьми, которые радуются друг другу, поддерживают друг друга, вместе переживают победы и трудности. Продемонстрируйте личным примером, что важно иметь крепкие и хорошие отношения за пределами семьи, а также как их сохранять и поддерживать.
      Описывайте процессы
      Если вы собираете на пляж, всегда проще крикнуть: «Все в машину!», но намного полезнее объяснить детям, что вы делали до этого. Привлеките детей к сборам и расскажите им, как вы готовитесь к семейной поездке: «Сначала нам надо взять сумку. Положить в нее полотенце, воду, солнцезащитный крем». Так вы покажете, что ни один бытовой процесс не происходит сам собой — за каждым стоит конкретный человек и конкретные действия, а заодно получите помощников, которые вскоре научатся сами собирать сумку на пляж или для поездки на дачу.
      Извиняйтесь и признавайте свою вину
      Все мы совершаем ошибки. Другое дело, — как мы пытаемся их исправить. Некоторые стремятся отделаться формальными извинениями, другие — уходят в защиту и отказываются признавать свою вину. Ни то, ни другое не показывает детям хорошего примера того, как стоит решать конфликты с близкими людьми. А потому уделите особое внимание тому, как вы примиряетесь после ссор с близкими.
      chips-journal.ru
    • LupuCristinna
      De LupuCristinna
      На самом деле, скука — это не хорошо и не плохо, утверждают эксперты по детскому досугу и развитию.
      Издание Popsugar побеседовало со специалистами в области детских игр и раннего развития, чтобы выяснить, так ли страшна детская скука, и как извлечь из нее пользу. Поскольку избежать скуки у вас все равно не получится, важно научиться правильно на нее реагировать и научить ребенка с ней справляться. Вот, что для этого надо сделать.
      Разберитесь, действительно ли вашему ребенку скучно
      Скуку можно охарактеризовать как «потерю интереса», — говорит профессор социологии Сандра Стоун, которая посвятила 25 лет своей научной деятельности исследованиям детских игр и развития. Даже если дети жалуются на то, что им скучно, это может говорить о чем угодно (не обязательно о том, что они испытывают скуку), а потому родителям следует сперва хорошенько разобраться в том, с чем они имеют дело.
      «Дети могут потерять интерес к чему-то из-за слабости и утомления», — говорит Стоун. — «Если дети устали, им просто надо немного отдохнуть, чтобы набраться сил для новых игр».
      Еще одна причина, по которой может возникать чувство скуки — это потребность в человеческом контакте. Если причина скуки ваших детей кроется в том, что они давно не общались с близкими людьми, Сандра Стоун рекомендует родителям отложить свои дела в сторону и поговорить со своим ребенком, поиграть с ним и пообниматься.
      Когда ваш ребенок жалуется на то, что ему скучно, худшее, что можно сделать — это сразу же предложить ему множество вариантов того, как это исправить. Вместо этого Стоун советует родителям потратить несколько минут своего времени на разговор с ребенком, чтобы выяснить, чем на самом деле может быть вызвана его скука, и как это можно исправить.
      Как реагировать на то, что вашему ребенку скучно
      Если дело не в усталости или нехватке общения, то можно предположить, что вашему ребенку и правда скучно. Это, как правило, связано с потерей интереса к его текущему занятию: например, вы забрали у ребенка планшет, и ничто не может с ним сравниться, или он просто не может придумать, чем заняться дальше.
      Чтобы помочь детям младшего возраста справиться со скукой, вы можете активно подключиться к решению проблемы. Например, напомните им о других играх и занятиях в их арсенале, о которых они могли забыть. Или займитесь ротацией игрушек: разделите игрушки ребенка на несколько частей, а затем убирайте и доставайте их по очереди, например, раз в неделю.
      Чтобы помочь детям в возрасте от пяти лет, родителям достаточно использовать вербальную поддержку вместо активных действий. Выслушайте их, разделите их чувства и поддержите любые варианты борьбы со скукой, которые они предлагают.
      «Деликатно подведите к тому, чтобы ваш ребенок проявлял независимость в своих мыслях и идеях», — говорит Стоун. — «Если ребенок высказывает какие-то идеи, поддержите их и помогите развить эти идеи, внося свои предложения. Убедитесь, что решения принимает ребенок, а не вы. Если ребенок научится принимать решения самостоятельно, скука перестанет быть вашей проблемой».
      Как быть, если ничего не помогает
      Проблема многих детей, которые привыкли к тому, что их будни проходят по четкому расписанию из школьных занятий и дополнительных кружков, заключается в том, что у них совершенно нет навыка борьбы со скукой. У них никогда не было достаточно времени для того, чтобы заскучать, а потому они понятия не имеют, как себя вести в этом случае.
      «К сожалению, наше общество, включая школу, может уничтожить детскую способность следовать своим интересам», — говорит Стоун.
      Исследования показывают, что взрослые — иногда неосознанно — управляют всем, что делают их дети. Например, следят за тем, чтобы все занятия детей были четко структурированы и организованы, что разрушает их чувство автономности и независимости.
      «Автономность дает детям понимание того, что есть вещи, которые они могут контролировать», — комментирует Стоун. — «Она подталкивает детей к принятию собственных решений о том, что они хотят делать и когда».
      И да, даже независимые и самостоятельные дети иногда могут заскучать, но это случается намного реже, чем у тех детей, которые с ранних лет привыкли существовать в жестком и насыщенном графике. В таких случаях эксперты рекомендуют чаще инициировать свободную игру — процесс с неопределенным результатом, на ход которого дети влияют сами.
      «Взрослым необходимо предоставлять детям время и свободу следовать за своими интересами», — отмечает Стоун. — «Если родители чувствуют, что их ребенок не справляется с этим, им надо попробовать предоставлять ему больше самостоятельности и автономности, поддерживать его способность принимать собственные решения, быть любопытным и прислушиваться к себе. Сначала это может быть непросто, но плюсы в долгосрочной перспективе для ребенка и для взрослого того стоят».
      chips-journal.ru
    • LupuCristinna
      De LupuCristinna
      Решение является окончательным и в целом имеет обязательную силу, а также доводится до сведения президента Румынии, сообщает mediafax.ro
      Ранее румынское правительство оспорило закон об удвоении детских пособий с 1 августа 2020 года, заявив, что источников финансирования нет.
      14 января 2020 года президент Клаус Йоханнис промульгировал закон, который предусматривает удвоение государственной надбавки на детей с 300 до 600 румынских леев для детей с ограниченными возможностями.
      point.md
    • LupuCristinna
      De LupuCristinna
      Несколько лет назад педиатр Евгений Комаровский советовал родителям заводить собаку: «Собака, которая постоянно носит в дом грязь, обнимается с ребенком, облизывает его, создает на его иммунитет постоянную микробную нагрузку», — писал он. А недавно в журнале Pediatric Research появились результаты исследования, проведенного австралийскими ученым, которые показали, что собаки хороши не только для того, чтобы приносить в дом микробов.
      Исследователи опросили 1646 родителей детей в возрасте от двух до пяти лет. В 42 процентах опрошенных семей дети росли с собаками, а в 58 — без. Ученые проанализировали социальное и эмоциональное развитие детей и пришли к интересным выводам.
      Оказалось, что дети, которые с раннего возраста общались с собаками, на 23 процента реже сталкиваются с проблемами в выражении своих эмоций, чем те дети, которые росли без собак. Также они на 30 процентов меньше склонны к антисоциальному поведению, на 40 процентов реже испытывают трудности в общении со сверстниками, и на 34 процента чаще проявляют осознанность в отношениях, например, делятся игрушками с другими. Этот показатель увеличивается до 74 процентов в том случае, если дети играют со своими собаками три раза в неделю или чаще.
      «Мы предполагали, что наличие собаки положительно сказывается на состоянии детей, но мы были удивлены, когда обнаружили, что оно связано с таким количеством позитивных эмоций и поведенческих паттернов», — говорит ведущий автор исследования Хейли Кристиан. — «Наше исследование показало, что совместное проживание с собакой положительно влияет на развитие и состояние ребенка, и мы предполагаем, что это может быть связано с привязанностью между детьми и собаками».
      Несмотря на полученные результаты, ученые отмечают, что их исследование носило характер наблюдения и не может использоваться как научное доказательство прямой связи между собаками и эмоциональным развитием детей. Чтобы ее подтвердить, требуется собрать намного больше информации.
      «Мы не говорим, что вам срочно надо завести собаку», — уточняет Кристиан. — «Это очень значимое решение. Вместе с собакой появляются новые обязательства и траты. Однако наше исследование показало, что преимущества перевешивают возможные недостатки».
      chips-journal.ru
  •