По каким адресам в Кишиневе открылись школьные ярмарки


    Примэрия Кишинева сообщает, что в преддверии нового 2019-2020 учебного года в столице организованы ярмарки школьных принадлежностей.

yarmarka.jpg

Таким образом, в период с 21.08 по 01.09.2019 школьные ярмарки работают по следующим адресам:

- ул. Измаил, 94, бул. Дмитрия Кантемира, 5, 9,

- ул. Митрополита Варлаама, 63,

- на пересечении улицы Индепенденцей с бул. Куза-Водэ, 23 (возле рынка в этом районе).

- Moldexpo 

На профильных ярмарках жители муниципия смогут приобрести школьные принадлежности, одежду, рюкзаки, а также другие товары, необходимые для подготовки детей к началу учебного года.

Напомним, что около 45% жителей Кишинева готовы потратить от 1 000 до 3 000 леев на покупку школьной одежды детям.

noi.md





Recenzie utilizator

Comentarii Recomandate

Nu sunt comentarii de afișat



Vizitator
Adaugi comentarii ca vizitator. Dacă ai un cont, te rog autentifică-te.
Adaugă un comentariu...

×   Alipit ca text avansat.   Alipește ca text simplu

  Doar 75 de zâmbete maxim sunt permise.

×   Linkul tău a fost încorporat automat.   Afișează ca link în schimb

×   Conținutul tău precedent a fost resetat.   Curăță editor

×   Nu poți lipi imagini direct. Încarcă sau inserează imagini din URL.


  • Conținut similar

    • julia122997
      De julia122997
      Школу ученики Молдовы обязаны посещать по закону. Если ученик не появляется в школе, его родителей можно привлечь за это к ответственности. Но справедливо ли то, что дети обязаны получать заведомо некачественный продукт? 
      Мы не будем обсуждать в этой статье всю образовательную программу, так как являемся экспертами лишь в сфере информационных технологий, однако по этой тематике мы пройдемся, не жалея критики.
      Никакого субъективного суждения, только факты.
      Факт 1.  Программа обучения устарела еще лет 20 назад, и является абсолютно бесполезной для тех, кто хочет изучать IT
      Что говорят нам ученики 15-18 лет? “Мы учим язык программирования Pascal и пишем программы в тетради.“ Если мы спросим что изучали по информатике молодые люди 25-35 лет, они ответят: “Мы изучали Pascal”. А те, которым сейчас 40-45? О, и тут Pascal. 
      Это что, традиция такая в Молдове – изучать Pascal из поколения в поколение? В таком случае, зачем мы спорим о румынском и русском языках в стране. Давайте сделаем единственный официальный язык в Республике – Pascal. 
      Может быть, в Министерстве образования не осведомлены, но есть и другие языки программирования, которым можно учить детей, и это принесет им априори больше пользы, нежели мертвый язык, который в IT используют уже одни некрофилы. 
      Какие языки программирования сейчас популярны?
      Первые 5 по популярности занимают:
      Python Java Javascript PHP C# Рейтинг языков программирования
      P.S.  На каком месте там Pascal?

      Факт 2.  Информатика начинается с 7-го класса
      Сразу вопрос, а почему не с 12-го? 
      Дети получают доступ к компьютеру в самом раннем возрасте. В 13-14 лет (средний возраст семиклассника), они уже этот компьютер изучили вдоль и поперек, они уже знают горячие клавиши, как пользоваться режимом Инкогнито в браузере, и как быстро печатать, не глядя на клавиатуру. 
      И тут по программе начинается замечательный предмет “информатика”, на котором дети изучают как включать компьютер, на каком расстоянии сидеть от него, да и вообще лучше не трогать компьютер, а то детки могут что-то поломать, и тогда педагогу влетит за испорченный монитор с кинескопом, который и починить-то уже нельзя, потому что такие ископаемые остались исключительно в школах и на свалках.
      Дети без проблем изучают информатику уже с 8-9 лет, и дается им это легко, если не перебить их природное любопытство и стремление к познанию. 
      Информатику можно преподавать весело, при помощи замечательных красочных ресурсов, которые еще и бесплатные: Scratch, Code.org, Khan Academy, Typing Club и другие.
      P.S. Авторы учебников, не экономьте на красках в своих книгах. Понятно, что так дешевле обойдется печать, но выглядят ваши труды жалко (и монохромно).
      Факт 3. Преподают информатику те, кто со сферой IT ничего общего не имеют
      Часто уроки информатики ведут учителя, которые не разбираются в своем предмете и не любят его. Либо не способны объяснить на понятном языке детям, что и как работает и как это можно использовать в жизни.
      Понятно, что информатику не будут преподавать те, кто крутится в сфере IT. Почему? Да потому что минимальная зарплата, уважающего себя программиста (пусть даже с мизерным стажем), в 5 раз больше, чем ставка учителя информатики. 
      А теперь посмотрим на среднюю зарплату учителя в Европе, в которую мы так стремились. Наш учитель получает зарплату в 37 раз меньше, чем его коллега в Люксембурге.
      P.S. Если в школах будут хорошо преподавать информатику, будет больше айтишников. Если их станет больше, они будут обеспеченными, и смогут много зарабатывать. Привлекать иностранный капитал в страну и положительно влиять на экономику.
      locals.md
    • julia122997
      De julia122997
      Я не учился в школе. Вернее, формально я там пребывал, но 100% времени ум мой обитал где угодно, только не в классе. Хотя у меня отличное зрение, тогда всё казалось, как в тумане, как-будто фотокамера в моей голове постоянно теряла фокус. Звуки были приглушенными и напоминали неразборчивое бубнение, иногда сменявшееся шумом рыночной толпы.
      «Разве сейчас не биология? Хм, это же учитель истории. Или всё-таки…» — думал я про себя, иногда полностью погружаясь в собственные мысли и обрывая всякую связь с пространством и временем. Таламус в моей лимбической системе срабатывал, как будильник с резким пронзительным звоном, когда я слышал свою фамилию. Это никогда не предвещало ничего хорошего.
      Меня не интересовало ничего в пределах школы. Вообще ничего. В моих тетрадях (а иногда и учебниках) я видел идеальный материал для эскизов. Иногда очень не хватало масла и кистей. Думаю, некоторые работы были достойны выставки, вот только учителя почему-то не ценили такого творчества. В перерывах между написанием шедевров на клетчатых холстах я смотрел в окно, изучая деревья, прохожих, хрущевки напротив, стаи птиц. Даже зимой этот пейзаж был куда более красочным, чем интерьер бетонного куба, именуемого святилищем знаний.
      Свет! Камера! Мотор!.. Аптека, улица, фонарь, автобус, сменка, звонок, «Встал, вышел вон из класса!» — «А сколько параграфов переписывать?» — «Нам это не задавали!» — «Кто ещё не сдал на шторы?» — «Отложили учебники, пишем самостоятельную» — «Мы не готовились!» — «Это не мои проблемы» — «Отвечай!» — «Отвечаю» —«Садись, два!» Звонок, сменка, автобус, фонарь… Стоп, снято!
      Сценарий не менялся все 11 лет съёмок, словно испорченная кинолента в проекторе циклично проигрывала один и тот же эпизод из моей жизни.
      Прямо как в бразильских мыльных операх — с какого места не начни смотреть, всегда всё понятно
      Я искренне не понимал, зачем каждые три четверти часа перемещаюсь из помещения в помещение, для чего волочу за собой мешок с книгами, и что вообще делаю среди людей, которым явно это нужно больше, чем мне.
      Каждый хотел отличиться, вырваться вперед или, может быть, мне так только казалось. Точно знаю одно — все без исключения работали за специальные очки. Чем их больше, тем выше твой локальный социальный статус. Но меня очки совсем не привлекали и ни в коей мере не мотивировали. Лишь бы нарисовали удовлетворительный балл и оставили меня в покое.
      Как позже выяснилось, этим баллам способствовали мои родители, а точнее их дар дипломатии и ораторского искусства. Всё же я ходил по лезвию бритвы: с одной стороны «светлое будущее», с другой (по мнению учителей и психологов) — коррекционный класс.
      Может быть, я действительно умственно отсталый или погрузился в сон внутри сна внутри другого сна и навсегда застрял в лимбе — сомнамбулической отрешённости? Почему я так сильно ненавидел школу, пребывая в нескончаемой агонии из-за удушающей пустоты монотонных учительских монологов? Может, я просто интуитивно не видел во всем этом никакого смысла?

      Мне никто и никогда даже не попытался объяснить, зачем я должен выполнять то или иное действие
      Почему на каждом уроке должен переписывать учебники под диктовку преподавателей. Для чего обязан учить списки сотен сухих дат, фактов и определений, варварски вырванных из контекста. В чём, например, практическая польза синтаксического и морфологического разборов и тому подобного теоретического хлама. Видимо здесь кроется какой-то тайный сакральный смысл, недоступный моему примитивному разуму.
      В какой период моей жизни я буду стоять на коленях, изливаясь слезами и с дрожью в голосе благодарить Бога за то, что когда-то выучил столицу Ганы или строение корненожки, радиолярии и споровика?
      Зачем мне вообще эта информация? Для общего развития? Развития чего? Памяти? Внимания? Способности максимально быстро и качественно усваивать большие объёмы информации? Проводить глубокий мыслительный анализ, складывать воедино доселе не складываемое, получая на выходе новое гениальное изобретение или концепцию? Наверное, в какой-нибудь доброй радужной сказке всё было бы именно так.
      «Хватит мне здесь философствовать. Выучи наизусть, придёшь пересдашь», — услышал я однажды от преподавателя философии, а по совместительству политологии, психологии, экономики, истории, географии и социологии, будучи студентом музыкального колледжа. Перефразирую: «Перестань думать своей головой. Зазубри набор фактических данных, не вникая в суть, потрать на это колоссальное количество времени и сил и забудь весь этот инфомусор на следующий день после экзамена».
      Какой же в этом смысл? Разве зубрежка — это то же самое, что запоминание и усвоение?
      Разве бездушное принудительное накопительство и есть суть образования? Кто вообще такой — образованный человек? Это начитанный человек? А начитанный автоматически равно высоконравственный? Может образованный — это высокоинтеллектуальный, умный человек? А интеллект и ум — это одно и то же? Многие офицеры СС имели высшее образование. Некоторые обладали докторской степенью. Вероятно, высоким интеллектом их бог не обделил. А что насчёт ума и мудрости? История показывает, что с этим явно были серьёзные проблемы. Может ли гениальный математик иметь высокий IQ, но при этом низкий EQ (эмоциональный интеллект) — некий гибрид Homo Sapiens и калькулятора? Пнул бездомного, зато нобелевский лауреат. А можно ли вообще «посчитать» человека? Объективны ли расчётные шкалы? Нужны ли они в принципе?
      Я помню, как в колледже меня постоянно тыкали носом в общественные заслуги разных известных писателей и деятелей искусства, утверждая, что «все они личности и я должен на них равняться!» А то что? Не стану личностью? Тогда кто я и все остальные? Биомасса? Хаотичный набор клеток?
      Что определяет личность? Количество театрализованных благотворительных пожертвований или написанных литературных произведений? Может быть, миллиардный счёт в банке? Апартаменты в Париже? Всеобщее уважение и почтение? Почему люди решают за других, кто личность, а кто — нет? Какое право я имею утверждать, что, например, мой сосед Петрович, квалифицированный алкоголик со стажем, не личность? А ребёнок с синдромом Дауна? Разве он не личность? Эта на первый взгляд невинная, но в действительности крайне опасная идея, граничащая с социал-дарвинизмом, не раз подводила человечество к грани вымирания.
      Я глубоко убежден, что знания должны храниться в голове, а не в Википедии. Вот только какие это знания? Действительно необходимые? Понятые, запомненные и впоследствии усвоенные? Или просто заученные? Один видит в произведениях Достоевского, в каждой его мысли великую мудрость, глубину смысла, инструкцию к жизни. Другой же — очередную навязанную школьную макулатуру. А если бы Достоевского не было? Если бы не было ни Толстого, ни Чехова, ни Марка Твена, никого? Мы бы не смогли без их помощи прийти к сложным умозаключениям? Ударялись бы друг о друга во мраке неведения?
      mel.fm
    • julia122997
      De julia122997
      Алина Андронаке, гражданская активистка: О чем я не говорила со своими детьми о насилии?
      «Я стараюсь воспитывать независимых детей и защищать их насколько возможно, а хорошо информированный ребенок – защищен. Я пытаюсь поговорить с ними о некоторых ситуациях, о том, как они должны реагировать и что им нужно делать. У них разные возрасты, и беседы разные. Я поговорила с Андреем о том, что такое школа, о буллиинге, но я понимаю, что не рассказала ему о формах насилия со стороны учителей. Я не объяснила ему, где границы.
      Я понимаю, что теоретически трудно говорить, и вы не можете постоянно вести разговоры о насилии. Насилие в отношении детей существует везде, где они находятся: в семье, школе, на улице, на работе и в развлекательных заведениях, в учреждениях по уходу и тюрьмах. Если бы я постоянно уделяла внимание этому, я бы вырастила детей, которые нигде не будут чувствовать себя в безопасности.
      Насилие имеет множество форм, и все разговоры должны соответствовать их возрасту. То, что я объясняю им в этом возрасте – это границы между ними и другими людьми, о личном пространстве, нежелательных прикосновениях, издевательствах, все эти темы соответствуют их возрасту и понятны им. Мы еще не говорили о сексуальном насилии, изнасиловании, преследовании, согласии.  Есть много тем, о которых мы еще не говорили. Эти дискуссии ведутся не только один раз и все, это постоянный процесс. Проблемы большие, и важно вовремя реагировать. Сегодня я могу говорить с ними на любую тему, а завтра я не знаю, что будет».
      ЮНИСЕФ отмечает: акты насилия, к которым подвергается ребенок или свидетель в раннем возрасте, когда его мозг и тело находятся на важной стадии развития, могут оставить глубокий след на всю жизнь. Они влияют на физическое и психическое здоровье детей, ставят под угрозу их способность учиться и общаться и подрывает их развитие как активных взрослых, а затем, как хороших родителей.

      Анна Туртуряну, преподаватель: Родитель, который не уважает учителя, учит своего ребенка тому же
      «Во-первых, следует отметить, что в настоящее время насилие является формой «решения» различных проблем между сверстниками, если речь идет о детях. С самого раннего возраста их учат, в большинстве случаев родители, защищаться с помощью физической силы. К сожалению, это то, что я обнаружила в разговоре с некоторыми из моих учеников. Обычно эти учащиеся привыкли, чтобы на них кричали тогда, когда они должны что-то понять, соответственно, привыкли отвечать некрасиво, когда им делается замечание в вежливой форме. Почему? Потому что они привыкли к тому, что за любую ошибку они подвергаются физическому или словесному насилию, и, к сожалению, на другие формы они не реагируют.
      Я осуждаю насилие в любой форме. В то же время мне больно, что все чаще в школах насилие применяется в отношении преподавателей, и в большинстве случаев родители делают это осознанно и со злым умыслом. Таким образом, имидж педагога страдает и, к сожалению, его желание преподавать исчезает, независимо от того, насколько велика любовь к этой профессии.
      По этой же причине страдают и учащиеся, потому что родитель, который не уважает учителя, учит своего ребенка делать то же самое. Чтобы все происходило правильно, нужно сотрудничать, а отсутствие звена в триаде школа – семья – образование может иметь серьезные долгосрочные последствия. Вот почему, как бы ни была неприятна проблема, с которой вы сталкиваетесь, знайте, что лучшим решением является диалог. Ни один другой метод не может заменить его эффект».

      Bullying * Хулиганство определяется как враждебное поведение / исключение и насмешки над кем-то, унижение. Ребенка обзывают, дразнят, над ним издеваются его знакомые или коллеги, которые обзывают его определенным образом (ссылаясь на физический облик или проблемы медицинского/семейного характера). Иногда эти дразнилки превращаются в толчки или, в некоторых случаях, в физические атаки.
      Оксана Гуменная, психолог: Как учиться беспомощности?
      «Явление насилия в школах можно контролировать только тогда, когда взрослые берут управление ситуацией на себя. То есть они не дают власть подросткам или детям, у которых есть проблемы, а сами регулируют процессами. Поэтому они не боятся ответственности, не боятся обсуждать эти темы, не ведут к психологу только преследователя или преследуемого, а работают со всем классом, системно строят норму поведения, и всегда объясняют: «у нас это запрещено», «это неприемлемо», «это неправильно», «мы договорились об этих правилах и об их соблюдении».
      В нашем обществе, на самом деле, речь идет о некоторых диспропорциях – родители очень заняты и оставляют всю ответственность на школу. Учителя, которые не справляются ни физически, ни эмоционально с программой, ни с методическим и бюрократическим подходом в образовательной системе, не контролируют все эмоциональные процессы в классе. Получается, что взрослые перекладывают ответственность друг на друга, в то время как дети проходят через возрастные процессы. И если нет четких правил, то в этой враждебной среде выживет тот, кто сильнее, веря в то, что он прав.
      Агрессивность имеет четкие механизмы: сперва это шутки, потом – оскорбления, после чего начинается пренебрежение и маргинализация человека, дискриминация и, впоследствии, физическая агрессия и так далее. Если взрослые не берут такую ситуацию под контроль, дети сами не могут справиться с ситуацией. Подростки могут справиться с этим, но с ними нужно работать в контексте системы, а не изолировано: «Нет одного единственно виновного в том, что происходит, все виноваты, поскольку мы позволяем этому происходить в нашем классе». Поэтому мы не должны закрывать глаза или избегать говорить об этом, мы не должны молчать, потому что, таким образом, через наше равнодушие мы поддерживаем такое поведение. И таким образом мы продвигаем беспомощность и закрепляем мнение о том, что кто сильнее, тот и прав. Впоследствии это отражается и на других процессах в нашем обществе: мы перестаем верить, что от нашего голоса зависит что-то, мы перестаем поддерживать лидеров, которые действительно хотят изменить некоторые социальные процессы, и мы выбираем сильных, которые как мы думаем, будут брать на себя ответственность вместо нас. Эти аспекты имеют долгосрочные последствия».
      zdg.md
    • julia122997
      De julia122997
      Глава правительства отметил, что президент накануне выступил с рекомендацией к кабмину организовать питание в школах для детей начальных и гимназиальных классов. Правительство эту рекомендацию приняло и приступает к ее исполнению.
      – Вы знаете, что у нас не все дети питаются за счет государства. Мы сделаем необходимые расчеты, чтобы питанием были обеспечены все учащиеся с 1 по 9 классы. Мы знаем, что многие дети остались без родителей или они на заработках. Питание этих детей оставляет желать лучшего. Но наш долг – не только следить за их здоровьем, но и за тем, чтобы повысить их иммунитет, – сказал Кику. 
      Премьер добавил, что все необходимые расчеты будут сделаны в самое ближайшее время для того, выделить вместе с местной публичной властью необходимые для реализации этой задачи средства.
      aif.md
  •